Телефоны для связи:
(495) 111-11-11
(495) 111-11-12

Дьявол из Селезии

26 март 2015, Четверг
767
0

Руководитель Польши 70-х годов прошлого века в буквальном смысле не имел никакого отношения к силам тьмы. Но вся его жизнь и результаты деятельности привели к подлинной трагедии, размеры которой пока даже не осознаны.

Во-первых, начнем с того, что будущий глава Польши родился под землей - его родители были силезскими шахтерами, и появившийся на свет 6 января 1913 года маленький Эдвард с пеленок знал, что такое угольная тьма и беспросветная нищета. Во-вторых, добившись власти, Эдвард фактически соблазнил Польшу, заманив ее туда, куда ей вряд ли следовало идти. А умение соблазнять зачастую свойственно тому, кто «вечно хочет зла».

Из лап нищеты

Люди, прошедшие суровую школу жизни, порой так уязвлены этими испытаниями, что готовы на все, лишь бы подобный опыт не повторился. Герек оказался из их числа.

Ему было 4 года, а сестре - год , когда в забое погиб отец и они остались на руках у матери. Он нянчил сестренку, а мама, получившая работу как вдова горняка, на долгие часы уходила на шахту.

В те годы в Силезии было плохо с работой, и когда Эдварду было 10 лет, мать, снова вышедшая замуж, по настоянию отчима переехала во Францию. Эта страница жизни впоследствии стала для Терека своеобразной визитной карточкой - здесь он научился приемам политической борьбы с французским уклоном, здесь вступил в компартию, выучил французский язык и получил трудовое крещение. Можно сказать, что после 10 лет жизни во Франции он больше ощущал себя французом, чем поляком. Но когда молодой Герек начал качать права, французы, недолго думая, посадили его на поезд и отправили домой. К тому времени его родная Силезия стала частью Польши. Причем беднейшей частью. Так что Герек, вернувшись в свой Загуже в 1934 году, столкнулся со всеми мерзостями нищеты.

Ни денег, ни работы не было и в ближайшее время не предвиделось.

Эдварду чудом удалось вписаться в программу по вербовке и уехать на шахту в Бельгию. Если французская гранильня сделала из Терека социал-демократа европейского замеса, то бельгийские шахтеры окончательно превратили его в коммуниста с «человеческим лицом». Тереку не удалось повариться в ленинско-сталинском бульоне, поэтому его мировоззрение, в отличие от многих товарищей по ПОРП (Польской объединенной рабочей партии), всегда несло в себе родовые черты капитализма. Это качество вкупе с западным отношением к делу («больше дела - меньше слов») впоследствии и привело его на вершину власти. Но эти же европейские замашки не позволили ему там удержаться - у Герека не было когтей истинного большевика, позволявших бы годами держаться над любой «пропастью во лжи».

Из забоя на вершину

В Бельгии Терек, давший членом местной компартии, провел все годы войны. Он участвовал в Сопротивлении, вел себя мужественно, честно, и неудивительно, что после войны молодого коммуниста с богатым опытом борьбы позвали в Польшу - нужно было строить социализм. Терек, судя по всему, понимал это по-своему - прежде всего, как строительство богатой экономики. Впрочем, на тот момент людям было не до разговоров: в 1951 году поляки, так и не дождавшись от коммунистов обещанного благополучия, начали бастовать. И тогда в гущу борьбы бросили молодого шахтера из Силезии - Герек тогда был рядовым партийным инструктором. Он приехал к бастующим, вошел в толпу, как нож в масло, и заорал на горняцком жаргоне: «Кого вы хотите сбросить в ствол, меня? Тут крови моих отцов пролито уже много. Погиб мой отец, дед, мои родные, а вы теперь меня хотите сбросить в ствол!.. Герек меня зовут, тут есть мои родственники, они подтвердят, что я говорю правду...» Позже он вспоминал: «Меня начали слушать, задавать вопросы и через несколько часов убеждения и споров они согласились выехать наверх... Все мы выходили из шахты с плачем».

После этого молодой, немногословный, не участвующий ни в какой подковерной борьбе Герек пошел вверх. Фактически он был пожарным: там, где начинали бастовать, будь то шахтеры, судостроители или текстильщицы, появлялся Герек. Он просил, убеждал, объяснял. Он нравился людям - своей открытостью, скромностью и нездешним, западным стилем общения. Если другие лидеры, чуть что, сразу же звали на помощь милицию и армию, Герек к применению силы не прибегал никогда.

Свою задачу он, переживший жуткую безработицу и нищету, видел в том, чтобы сделать жизнь трудящихся комфортной, зажиточной, богатой. И это неуемное желание построить общество потребления подвело его под монастырь.

Двери с золотыми ручками

Еще в середине 1950-х годов на него обратили внимание в Кремле. Но настоящую поддержку он ощутил, когда Хрущева сменил Брежнев. Новый генсек, поляк по матери, на встрече с Тереком начал вспоминать язык, расчувствовался и признался Эдварду в любви к Польше. Заручившись такой поддержкой, Тереку оставалось только ждать. И в 1970 году его время пришло - Эдвард Герек стал первым секретарем ЦК ПОРП.

Открытый, обаятельный, демократичный Герек предложил новую форму управления государством под названием «публичное общение». Он постоянно ездил по стране, говорил с людьми, обещая в ближайшее время улучшить жизнь. На первых порах это выглядело эффектно, особенно на фоне прежнего руководителя Владислава Гомулки, взгляды которого публично называли «сермяжными». Гомулка взял реванш изречением: «Поглядим, как будет выглядеть этот их социализм во фраке».

Но у Герека слова не расходились с делом. Он искренне хотел сделать Польшу процветающей и богатой. А что для этого нужно? В первую очередь деньги! Герек бросился брать деньги всюду, где дают.

Ему давали много. И охотно. Давали в Москве, в Париже, в Бонне, даже в Вашингтоне. Но там - под большие проценты. Герек брал. Средства массовой информации ФРГ, Франции, Бельгии, США всячески подогревали честолюбие первого секретаря ЦК ПОРП, называя его «европейцем», «великим поляком», «государственным мужем». Опьяненный первыми успехами - Польша демонстрировала «социалистическое чудо», - Герек строил заводы и квартиры, автомобили и верфи. Говорят, втайне от СССР он пытался создать собственную ядерную программу. Но не вышло. Однако и без того Польша была самой капиталистической страной социалистического лагеря, набором парадоксов. Поляки ездили за рубеж, были единственными из соцлагеря, кто имел валютные счета в национальном банке. Поляки открыто верили в Бога, поголовно ездили на машинах, носили джинсы, жевали жвачку, издавали порножурналы. В Польше была сеть своих Макдоналдсов - так называемый «Смак».

Общество, развращенное комфортом, который не был оплачен трудом, а обеспечен только кредитами, начало стагнировать. В экономике возникли большие проблемы. Вначале заморозили зарплаты, потом начались перебои с продуктами. Единственным выходом из этого было повышение цен. Но тут рабочие забастовали. Появилась «Солидарность» -группа оппозиционно настроенных пролетариев, открыто требующих смены власти. О Тереке стали распространять слухи - якобы его жена на личном самолете летает в Париж за шмотками и к парикмахеру, дверные ручки в доме Терека сделаны из золота и т.д.

Гереку можно было спастись - в начале 1980-х годов Польшу ждал подъем, экономика, выстроенная на кредитах, должна была заработать. Планировалось, что с середины 1980-го до конца 1982 года произведенный национальный доход возрастет почти на 7%, реальная зарплата - на 3%, в 1981-1982 годах построят 600 тысяч квартир. Но чтобы переждать трудное время, следовало расправиться с оппозицией, разогнать бунтовщиков, обзавестись политзаключенными. Брежнев звонил в Варшаву и инструктировал Терека: «У тебя контра, надо взять за морду, мы поможем».

Но на это Герек пойти не мог. Он, в шутку называющий себя «этот дьявол из Силезии», был патологическим демократом - умел строить, брать в долг, улыбаться, но сажать людей в тюрьмы, убивать и унижать не мог. А тут еще США потребовали вернуть проценты за выданные займы. Польская экономика полетела в тартарары.

В сентябре 1980 года Эдварда Терека отстранили от должности, арестовали и отправили в провинцию. В Польше наступило новое время - решительных генералов и полуграмотных электриков.

Герек, получавший французскую и бельгийскую пенсию как шахтер (вот оно - европейское отношение), невзирая на прогрессирующий туберкулез, прожил еще два десятилетия. За это время он написал две книги. И только после этого, подведя итог прожитой жизни, 29 июля 2001 года скончался.

Дмитрий Куприянов

Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Никак не могу придумать, что сюда засунуть...Есть предложения?
Войти через: