Телефоны для связи:
(495) 111-11-11
(495) 111-11-12
» » » Профессия «черный вестник»

Профессия «черный вестник»

30 ноябрь 2014, Воскресенье
683
0

Немногие знают, что есть в Израиле такая профессия: черный вестник. Так называют людей, которые приходят в семьи сообщить о гибели близкого человека в бою, теракте, автокатастрофе или просто в результате несчастного случая. И только после того, как черный вестник выполнит свою миссию, разрешается опубликовать имя погибшего в прессе.

Стук в дверь

Это всегда начинается со стука в дверь. Но черные вестники никогда не стучат сразу - еще на минуту-две они всегда замирают у порога. Эти две минуты - последний подарок тем, кто находится по ту сторону двери. Пусть еще немного, совсем чуть-чуть эти люди думают, что у них в жизни все хорошо, и считают трагедией пятно, посаженное на новую рубашку...

Это всегда начинается со стука в дверь потому, что черные вестники никогда не звонят. Нет, мистика тут ни при чем. Просто никогда не знаешь, какую мелодию отбивает дверной звонок и не прозвучит ли его радостная трель жутким диссонансом с принесенным ими известием.

Последние секунды перед тем, как костяшки пальцев ударят о дверь, как ни странно, являются самыми тяжелыми в их деле.

- Ты весь дрожишь, во рту пересыхает, колени подгибаются, - говорит об этих секундах Эяль Варшавяк, в прошлом черный вестник при военной комендатуре в Тель-Авиве, а сейчас - при мэрии города Холона. - Наконец, я пересиливаю себя и стучу. Затем на какое-то мгновение наступает тишина. Мертвая тишина. И вот дверь открывается - иногда нараспашку, иногда на цепочку. Иногда просто спрашивают из-за двери: «Кто там?» «Здравствуйте, - говорю я. - Меня зовут Эяль. Я должен вам кое-что сообщить... Скажите, есть ли кто-нибудь еще дома?»

Действовать по инструкции

Сегодня уже мало кто помнит, что институт черных вестников появился в Израиле лишь в 1973 году, после войны Судного дня, когда стало ясно, какую психологическую травму получает семья павшего воина, если узнает о его гибели из письма, радиосводки или просто от случайного человека. Тогда-то при городских комендатурах и создали отделы, сотрудники которых должны были первыми связаться с семьями погибших и взять на себя всю тяжесть такого известия.

Спустя некоторое время в стране была создана специальная школа для вестников, где их обучали различным аспектам этой нелегкой профессии. Ритуал передачи траурного сообщения продуман в служебной инструкции вестника до мелочей.

- Как бы это ни было тяжело, чрезвычайно важно, чтобы известие о происшедшем было ясным, коротким и точным, - говорит Джини Двори, черный вестник города Герцлия. - Сам стиль сообщения должен быть таким, чтобы после него не осталось никакой двусмысленности. Поэтому мы не используем каких-либо красивых эвфемизмов вроде «ушел в вечность», «страшно пострадал» и т.п. Мы просто говорим «убит» или «мертв».

Та же инструкция предписывает черным вестникам не задерживаться в доме погибшего, не вступать с его близкими в эмоциональный контакт и избегать встреч с этими людьми в будущем. Вместе с тем они обязаны оставаться в доме до тех пор, пока рядом с членами семьи не появится «естественная поддержка», под которой понимаются соседи, родственники, друзья. Как только в квартире появились другие люди, вестник должен незаметно покинуть ее - так, словно его там никогда и не было.

Что врезается в память

У каждого из вестников есть, разумеется, и своя история, которая особенно запала им в память.

- Помню, меня направили в одну семью сообщить о гибели их сына, - рассказывает Дорит Бен-Хамо. - Мать там была слепая, отец - глухонемой, а незадолго до этого они потеряли своего первенца. Никогда не забуду, как пожилой мужчина, поняв, что произошло, стал биться головой о стену и кричать так дико, как умеют, наверное, только глухонемые. И все это - под абсолютное, в буквальном смысле гробовое молчание его слепой жены, словно застывшей от горя. Сопровождавший меня врач хотел сделать им успокоительный укол, но я остановила его, так как мы считаем, что человеку надо дать возможность выплеснуть свою боль. К сожалению, спустя три месяца отец погибшего юноши умер от инфаркта - он так и не смог пережить случившегося...

И, безусловно, у каждого вестника в памяти остается тот самый первый раз, когда пришлось исполнить свою миссию. Обычно люди помнят все до деталей: как они сами и члены семьи покойного были одеты, чем пахло в доме, в какой цвет были выкрашены стены и, конечно, каждое сказанное ими слово и все, что они услышали в ответ.

- В первый раз мне поручили сообщить семье о гибели молодого человека, убитого в результате теракта, - вспоминает Эяль Варшавяк. - Я надел синие брюки и жакет и рубашку в полоску. Я приехал на работу к жене погибшего, сообщил о том, что произошло, и тут она стала умолять меня не рассказывать об этом ее маленьким дочкам - одной было тогда три года, а другой годик. Но я сказал, что это невозможно; что я обязан поставить девочек в известность о гибели отца, и мы вместе поехали в детский сад. Мы взяли каждую девочку по отдельности, и я сказал им, что случилась очень печальная история, и их папа больше к ним не вернется. Спустя несколько лет я случайно встретил эту женщину на улице, и она поблагодарила меня за то, что я тогда настоял на своем.

Жизнь никогда не будет прежней

Один из главных вопросов, стоящих перед вестниками, как раз и заключается в том, как сообщить о случившемся детям. При этом понятно: что бы они ни сказали, жизнь ребенка уже никогда не будет прежней - именно вестники выступают в роли жестоких разрушителей наивных детских представлений о том, что все люди живут вечно и что родители всегда будут рядом с ними, чтобы защитить от любой опасности.

Надо заметить, что еще лет двадцать назад израильские психологи придерживались мнения, что детей дошкольного возраста вообще не стоит травмировать такими новостями и от них следует скрывать правду о смерти родителей. Однако сама жизнь доказала ошибочность такой точки зрения. Наоборот, непонятное исчезновение отца или матери, отсутствие ясности в вопросе о том, что с ними произошло, травмирует детей куда больше.

Выбор профессии

Официально курс для «гражданских» черных вестников длится 60 часов, и на него направляются соцработники старше 30 лет, имеющие семью. Само собой, набор курсантов осуществляется исключительно на добровольных началах - было бы нелепо принуждать кого-либо к выполнению такой миссии. Обучение включает в себя и практические занятия, в ходе которых моделируются различные жизненные ситуации.

- Когда я провожу собеседование с желающими поступить на курс, меня почти не интересует, какое у них образование, их культурный и интеллектуальный уровень. Главный вопрос заключается в том, почему они хотят выполнять эту работу, - говорит доктор Эвлин.

В самом деле: почему?! Что побуждает людей взять на себя эту страшную роль, зная, что многие в Израиле называют их «слугами ангела смерти на Земле» - и это самое мягкое и поэтическое из их прозвищ.

На вопрос, почему, должен быть ответ, но в данном случае его нет. Точнее, у каждого вестника он свой, и двух одинаковых ответов почти не бывает.

- Многие люди боятся смерти, и потому есть некая своего рода смелость и чувство собственной избранности в том, что ты можешь столкнуться с ней и не сломаться, наоборот - поддержать других в самые тяжелые мгновения их жизни. Как ни цинично это прозвучит, но и от такой работы можно получать удовлетворение. Ты помогаешь людям пережить самое страшное, что только может случиться, и одновременно даешь им понять, что жизнь продолжается и надо жить дальше! - говорит по этому поводу Эяль Варшавяк.

- Я считаю, что имею дело с жизнью, а не со смертью, - говорит Джини Двори. - Вообще, я по натуре перфекционистка, так что курс вестников окончила на отлич

но и все должностные инструкции знаю назубок. Но когда я прихожу в семью, то нередко отбрасываю всю эту теорию в сторону, стараюсь быть просто человеком и вести себя сообразно ситуации. Думаю, ничего страшного не случится, если я нарушу инструкции, обниму близких покойного и поплачу вместе с ними.

Страшный след

Само собой, у каждого черного вестника есть и история о том, как на него набрасывались с кулаками, словно именно он и был причиной смерти любимого человека или даже его убийцей.

Бывает и так, что, выслушав сообщение, члены семьи покойного велят вестнику убираться из дома, говорят, что не хотят его видеть. Но в таких ситуациях вестники настаивают на том, что останутся в доме до тех пор, пока в нем не появится кто-то еще.

- Помню, как в одной семье мне сказали: «Пошел вон!» - но я остался и просто сел в сторонке, - вспоминает Варшавяк. - Через какое-то время ко мне вдруг подошел отец погибшего и жалобно спросил: «А кто же теперь подержит мои очки?!» На следующий день я пришел на похороны, и когда пришло время читать поминальную молитву, старик стал искать очки, и я ему их подал. Такая вот фантасмагория, но и она - часть нашей профессии...

Ошибается тот, кто думает, что такая работа проходит бесследно - безусловно, она оставляет страшный след в психике, и каждый из вестников справляется с ним по-своему. Дорит Бен-Хамо признается, что, вернувшись после очередного визита в семью, включает радиолу на полную громкость и... кричит во весь голос, чтобы выплеснуть накопившуюся боль наружу. Джини Двори помогает прийти в себя черный юмор, когда она начинает шутить направо и налево. Эяль Варшавяк говорит, что жена и дети знают, что после того, как он вернулся с передачи известия, с ним лучше ни о чем не разговаривать.

Обсудить

Похожие материалы:

Черный НЛО пролетел над Мексикой
09 апрель 2017, Воскресенье
Черный НЛО пролетел над Мексикой
Раскрывая тайны звезд. Затворники (2016)
01 январь 2017, Воскресенье
Раскрывая тайны звезд. Затворники (2016)
Худое место
29 май 2015, Пятница
Худое место
Маша и серый волк
26 октябрь 2014, Воскресенье
Маша и серый волк
Добавить комментарий
Комментарии (0)
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Никак не могу придумать, что сюда засунуть...Есть предложения?